Паруса Русской Палестины (Статья в газете "Завтра")

Андрей Фефелово. Дмитрий Шмелёв

Клуб при храме осваивает морские традиции

n50.14-parusa 

Андрей ФЕФЕЛОВ. Отец Дмитрий, насколько мне известно, при храме существует некий клуб, который называется "Русская морская традиция". Как при подмосковном храме может существовать что-то морское?

Отец ДМИТРИЙ. Стечение ряда обстоятельств способствовало созданию клуба при нашем храме. Первое — территориально храм стоит на берегу Истринского водохранилища, большого водоёма, с очень интересной акваторией. Второй момент — моя биография...

 

Большой период жизни я отдал службе на флоте. До хиротонии я был морским офицером и получил классическое морское образование, ещё доперестроечное. Также повлияли и прихожане, друзья храма, которые тоже как-то были связаны с морем. Эти факторы определили создание нашего содружества, которое мы назвали клубом. Все другие виды требуют лицензирования или документального оформления. Так появился клуб "Русская морская традиция".

Андрей ФЕФЕЛОВ. Ваш храм находится на территории Русской Палестины рядом с Ново-Иерусалимским Воскресенским монастырём. Фактически на берегах Галилейского озера Русской Палестины. Истринское водохранилище, созданное в сталинские годы, может называться Галилейским морем? Вы не поднимали вопрос о том, чтобы его официально переименовали в Галилейское море?

Отец ДМИТРИЙ. По карте соответствия Русской Палестины ближневосточной это действительно так. Наш водоем также находится на севере от Нового Иерусалима, как и первообраз. Что касается переименования, то мы не обладаем такими полномочиями. Нужно сказать, что место создания Истринского водохранилища было обусловлено определенными ландшафтными условиями. На ровном месте водохранилище не выкопаешь, это место было приуготовлено изначально. Там имелась система шлюзов ещё с Петровских, Екатерининских времён.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Плотины и шлюзы стояли на реке Иордан?

Отец ДМИТРИЙ. Да, Истра-Иордан была судоходной, по ней гоняли плоты, ходили малые суда. Сейчас это речка, которую можно перейти вброд. Но для возникновения водохранилища была некая Божественная предуготованность, как и для всей Русской Палестины. Если брать замыслы Патриарха Никона, то Русская Палестина не была придумана, она была найдена там, где ещё до Никона храмы располагались в том же азимутальном расположении, что и на Ближнем Востоке. В центре — Воскресенский храм, на севере — Преображенский, на востоке — Вознесенский и т.д.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Очень интересно, но вернемся к клубу. Если говорить предельно конкретно, то клуб "Русская морская традиция" это очередная яхтенная школа?

Отец ДМИТРИЙ. Не совсем. Изначальное становление проходило так. Некогда мои товарищи — морские офицеры помогли приобрести на храм 6-ти вёсельный деревянный парусно-гребной ял. На военно-морском флоте это базовая шлюпка для тренировки моряков хождению на вёслах и под парусом. Ял был в изношенном состоянии, и мы восстановили его своими силами. Начались первые походы: я вспоминал парусное дело, а иные осваивали его с нуля. Постепенно наша "эскадра" доросла до четырёх единиц. Сейчас в нашем собрании есть все образцы парусно-гребных шлюпок советского военно-морского флота. Плюс — наше достижение — этим летом построен 14-ти вёсельный 3-х мачтовый командирский катер (не путать с современными моторными катерами), который использовался на Императорском флоте еще в XVIII-XIX вв. В результате мы получили уникальное по парусному вооружению и архитектуре собрание.

Действительно, вначале всё развивалось как парусная школа. Но люди, которые приходили к нам, привносили идеи и артефакты. Мы стали собирать русскую морскую форму. Последствия реформы, проходившей во времена прошлого министра обороны, привели к тому, что традиционный внешний вид нашего моряка находится под угрозой исчезновения. Мы не только сохраняем морскую форму, но и используем ее во время наших походов. Затем возникло собрание штурманских инструментов, пушечных ядер, флагов и вымпелов, боцманских дудок и пр.

Андрей ФЕФЕЛОВ. То есть возник небольшой музей?

Отец ДМИТРИЙ. Да. Последнее, что мы стали собирать, — для тебя как члена союза писателей это будет интересно, — рассказы современных морских офицеров. Оказалось, что язык Колбасьева и Конецкого жив. Морская проза не умерла, и сейчас существует плеяда флотских офицеров, которые пишут рассказы тем самым морским литературным языком.

Первые рассказы можно прочитать на нашем сайте Клуб "Русская морская традиция", это предисловие к книге "Трансатлантика" Михаила Солдатова, прекрасного морского офицера и известного в яхтенных кругах человека, и несколько новелл из сборника "Штурманская книжка" Павла Вишнякова. Я пришел лейтенантом на корабль, где он был командиром БЧ-I, т.е. штурманом. Мне запомнилось его профессиональное мастерство, оказалось, что у него еще и литературный дар. Морской язык — он особенный. Остроумие и острословие всегда присутствовало на флоте. Оно легло в основу данного вида словесности.

Наш проект постепенно стал, скажем так, культурологическим. От сохранения форм переходим к содержанию. Мы не просто создали коллекцию музейных судов, но мы ходим на них и учим ходить других.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Получается, что вы обрастаете артефактами, массивами информации, а как обрастаете людьми и что это за люди, как они приходят, как остаются?

Отец ДМИТРИЙ. Сначала мы хотели создать детскую школу. Но те шлюпки, которые у нас есть, используются на флоте здоровыми мужиками, и для детей они не подходят. Только недавно у нас появилась "четвёрка", на которой более-менее можно заниматься с детьми. Для детей нужны всё-таки более специальные суденышки. Речь идет скорее о юношах и мужчинах.

Но сейчас такое время, что и бедные, и богатые — непрерывно находятся на работе. Зачастую людям сложно вырвать из жизни три часа времени, чтобы посвятить неотносящемуся к работе делу. Нужно, чтобы человек это дело полюбил. К нашему удивлению такой процесс пошёл. Вначале был круг людей, которых мы обзванивали и приглашали на наши выходы. В этом году перед нами встала сложная задача. Мы должны были на Онежском озере принять у верфи деревянного судостроения "Варяг" 14-ти вёсельный катер (14-вёсельный — это значит, как минимум 14 гребцов надо было собрать). Провести его ходовые испытания. То есть речь шла о большом для нас количестве людей, которые должны были отправиться в другую часть страны. Оттуда планировалось передвижение в Петербург на регату классических яхт, где было заявлено наше выступление. Я думал: где мы найдём столько людей? Но команда нашлась.

Андрей ФЕФЕЛОВ. 14 вёсел — целая ватага!

Отец ДМИТРИЙ. Это экипаж только одного судна, а у нас их четыре. Ватага эта собралась и поставленную задачу выполнила. Люди стремятся больше узнать и уметь. И, в общем, ядро клуба, на мой взгляд, сейчас сложилось. Хотя, конечно, мы бы могли гораздо больше людей привлекать к этому делу, учить, прививать любовь к парусу.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Вы это потянете, это реально с учётом вашей занятости?

Отец ДМИТРИЙ. Реально. У нас сейчас прекрасное базирование в одном из домов отдыха на Истринском водохранилище. Можно прийти, переодеться в морскую форму и походить на вёслах и под парусом, покупаться, позагорать. Мы называемся "Морская традиция", и, конечно, дело не должно исчерпываться только водохранилищем, потому что это не море. Ряд наших старшин шлюпок являются лицензированными шкиперами, которые могут водить яхты. Когда инвесторы нам помогают, мы осуществляем рейды по Средиземному морю. Краткосрочные. Конечно, не на наших судах, а на традиционных яхтах, это тоже в нашей программе присутствует. И те люди, которые нашу подготовку проходят, стремятся повысить свой профессиональных уровень и стать яхтенными капитанами. Один наш общий с вами знакомый недавно мне сообщил, что собирается в будущем году сдавать экзамен на яхтенного шкипера.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Затеяно уникальное и огромное дело, требующее привлечения людей, средств и энергий со стороны. Наверное, это втягивает каких-то совершенно новых людей, я знаю, что, как правило, образуется стягивающая воронка.

Отец ДМИТРИЙ. Расширяется круг людей, которые ознакомлены с проектом, которым нравится сама идея сбережения "Русской морской традиции". Это ведь и уникальный язык наших команд. Это же не английские команды и не голландские. Это язык, который возник из смеси поморских слов, волжских, голландских, английских. У нас своя система команд, очень лаконичная, своя терминология. Чтобы этому учиться, мы собираем литературу послереволюционную, дореволюционную, связанную с морским делом, и понемножечку это осваиваем. Есть направления, до которых мы ещё не дотянулись.

Андрей ФЕФЕЛОВ. А в соседних храмах вашего округа существуют ли какие-то подобные инициативы вообще?

Отец ДМИТРИЙ. В нашем Истринском округе есть священник Рождественского храма в Снегирях отец Александр Елатомцев, который в молодости занимался яхтенным спортом. И то, через что он прошел — через юношескую школу, не осталось бесследным. Он для деток, достаточно малого возраста, проводит летом сборы и лагеря, учит их ходить на "Оптимистах", это такие маленькие парусные судёнышки. Мы с ним дружим.

Андрей ФЕФЕЛОВ. То есть храмы являются неким центром такого социального притяжения? Эти клубы — это же…

Отец ДМИТРИЙ. Конечно. Дело в том, когда мы говорим о молодёжи, всегда почему-то считается, что им нужно придумать какое-то развлечение, а человечек-то тянется к настоящему. А парусное дело — это есть настоящее.

Андрей ФЕФЕЛОВ. То есть там человек является не зрителем чего-то, сидящим в зале и аплодирующим, а является участником?

Отец ДМИТРИЙ. Совершенно верно. Он отрывается от своего компьютера, айпеда, телефона, и он становится участником реальной жизни.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Правда сейчас есть такие телефоны, батюшка, которые уже не тонут и которые можно брать с собой.

Отец ДМИТРИЙ. Но лучше про это в эфире пока не говорить…

Андрей ФЕФЕЛОВ. Кстати говоря, есть ли какие-то мечты, связанные с этим клубом "Русская морская традиция"?

Отец ДМИТРИЙ. Главная наша мечта — хотелось бы наши возможности по привлечению людей к участию в этой парусно-гребной жизни, к участию в жизни "Русской морской традиции" использовать полноценно. Они, конечно, не скажу, что огромные, но мы могли бы учить гораздо больше людей.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Эта передача, надеюсь, повлияет.

Отец ДМИТРИЙ. Надеюсь. Для меня, это хоть очень греющее душу дело, но, всё-таки, не главное. Главное занятие другое — богослужение, восстановление храма. Восстановить порушенный храм — это дело на всю жизнь, чтобы он в прежнем благолепии восстал. Иные наши пастырские заботы, их никто с нас не снимает. Тем не менее, побольше бы людей. Мы могли бы восстановить ещё некоторые исчезнувшие суда, которые до революции существовали. Знаете, ведь когда вникаешь в суть какого-то предмета, открываются бездны интересного. Например, существует современный парусный проект, международный. Некогда в Ирландии была найдена французская шлюпка, гичка командирская, которая при неудачной высадке французского десанта в XVIII веке была брошена на берегу. Она пролежала 100 лет, её восстановили и сейчас она стала основным судном для международных соревнований юношеских команд под парусами и на вёслах. Строят ее сами команды по одному чертежу. У нас этим занимаются ребята из клуба "Штандарт" в Санкт-Петербурге. Мы в этом году внимательно осмотрели эту гичку. По своему назначению наш катер и гичка — одноклассники. Но совершенно разные идеи в них заложены. Например, наш катер длиной 10 метров — 14 вёсел, а там на 12 метров — 10 вёсел.

Как люди гребут? Совершенно всё по-разному. Углубляешься в историю, узнаёшь, что отношение к гребле, в XVII-XVIII вв. в России и в Европе было различным. Там это было, как правило, уделом каторжников, которые гребли под барабанный бой на три удара. У нас в гребле присутствовал какой-то молодецкий дух, идущий еще от ватаг новгородских, волжских, где присутствовало определённое равенство. Где и атаман садился на вёсла, и какой-нибудь боярин не стеснялся грести. Причём морским делом занимались люди, как правило, вольные. И когда наступила Петровская эпоха, возник регулярный флот, то оказалось, что удар русских галер был гораздо сильнее удара шведских галер. Почему? Потому что у шведов гребли каторжники, в бою участвовало ограниченное количество людей. А у нас и родовитые гвардейские офицеры не стеснялись сесть на банку, чтобы грести на вёслах вместе с солдатами. Иностранцы это отмечали. И все они участвовали в рукопашном абордажном бое. Казалось бы, век галер ушёл, но на некоторые принципы гребли отпечаток наложился. Когда ты начинаешь разбираться: почему у них так, а у нас иначе, — то ты видишь, что многое уходит в глубины истории. И перед мысленным взором возникает вдруг великий князь Святослав, сидящий на месте простого гребца в лодье и беседующий с императором Цимисхием, стоящим на берегу...

Андрей ФЕФЕЛОВ. Россия — страна великой истории. Россия — страна великих водоёмов, великих озёр, рек…

Отец ДМИТРИЙ. И водных путей. Изначально путь в Индию проходил через Россию, не будем забывать. До того, как в неё проторили путь европейцы вокруг Африки.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Батюшка, слава Богу, что находятся люди, которые начинают интересоваться всем этим. Они осваивают залежи этих знаний, этих материалов и пространств — самое главное. Потому что пространства во многом пустеют, и надо их снова заполнять собой.

Отец ДМИТРИЙ. Совершенно верно. Я с этим согласен. Помогай Вам Бог.

На фото: парусный катер «Варяг» на Истринском водохранилище

Наше видео

  • icon Ходовые испытания 14ти весельного катера "Император"
  • icon Еще не два сокола
  • icon Шлюпочные учения
  • icon Клуб "Русская морская традиция" на крейсере "Аврора"
  • icon Путь к Авроре

 

Мы в Контакте

Мы в Facebook